Н.Б. Андрёнов «Познание и онтология»

Научное издание.

«Нашу работу мы хотим назвать «Возможности выхода на уровень онтологии».

Мы написали много книг, где проанализировали методологические проблемы ряда областей науки - научное познание, научные понятия, проблемы экономики и функций денег, проблемы цивилизаций, где многое понятно. Непонятно откуда и как цивилизация взрывается. Откуда берётся энергия для движения вперёд. Лев Гумилёв говорил о неизвестных факторах движения цивилизации, или тех, которые мы не можем уловить. Также, если рассматривать функции денег, можно сказать, что энергия может приходить ниоткуда и из ничего. Человечество не может подойти и найти выход, можно сказать, из онтологических проблем. Всем известны задачи, поставленные Аристотелем - он на полном серьёзе поставил вопрос о первоначалах Бытия. Мы думаем, что добраться до них нельзя, но отказаться от попыток их решения тоже нельзя. Мы говорим, что понятия, в том числе и научные, которыми пользуется человек, неполные. Вот некоторые из них — информация, материя, энергия, электричество и т.д. не выражают полной сущности Бытия. Но человек адекватно пользуется ими и, вроде бы, никаких неудобств не испытывает. М. Хайдеггер, Ж. П. Сартр показали нам, что выход за пределы онтологии затруднён. Но нам кажется, что доступные нам понятия как-то затрагивают, и выявляют, и «вытаскивают» в процесс уровень онтологии каким-то скрытым образом. И этот онтологический уровень каким-то образом концентрируется в подсознании и в форме математики проникает в сознание и раскрывает перед нами сущность мира. Но почему мы прямо не можем выйти и проникнуть на онтологический уровень? Как это пытались сделать М. Хайдеггер и Ж. П. Сартр?

Мы не можем понять, почему в чайной ложке могут уместиться миллиарды тонн вещества и почему температура в центре звезды составляет миллиарды градусов? Понять не можем, здесь наш смысл отказывается работать, но знаем об этом. Что обозначает это знание? Что мы находимся на краю онтологического уровня? Или что ещё?

Философы ещё выдумали сверхчувственное трансцендентальное мышление. Но может ли это мышление выйти за означенные нами пределы? Неизвестно. Скорее всего, это абстракция, дарованная нам совсем недавно. Но природа подарила человечеству, наряду с абстрактным мышлением, и математику, которая напрямую проникает в законы реальности. Например, как И. Кеплер увидел законы движения планет? В этом ему помогло новое возникшее средство познания как математические формулы.

Мы назвали свою монографию «Познание и онтология», потому что наше познание постоянно встречается с пределами и ограничениями. Древние греки, которым впервые пришлось осваивать абстрактный уровень мышления, в лице Платона и Аристотеля были так восхищены возможностями, раскрывающимися пред понятием, что о недостатках не задумывались, да и много времени должно было пройти после этого.

Если Гегель думал, что природа не ставит пределов познанию, в чём общем-то был прав. Но это происходит за счёт такой таинственной науки как математика. Впервые усомнился в непререкаемых возможностях познания другой философ - И. Кант. Почему он обратился к «вещи в себе», надо изучать. Но он обратился к мощи мышления, введя понятие «трансцендентальность».

Но мышление ограничено самой онтологией, неисчерпаемостью Бытия, об этом говорит обращение Аристотеля к первоначалам Бытия. Он, когда ставил эту проблему, не знал, что оно неразрешимо. Эти пределы познания совсем особого рода, оно связано, как бы это сказать, не с возможностями абстракций, а с неисчерпаемостью Бытия, что мы выделили. Тогда возникает вопрос, что такое онтологический уровень в познании и как его можно оформить? И можно ли и нужно ли выйти на этот уровень в человеческом познании? Наверное, в каком-то смысле нельзя, потому что ответить на Аристотелевский вопрос о первоначалах Бытия нельзя. Но также на многое в Бытии проникнуть нельзя, нельзя проникнуть в определённую сущность Бытия (герменевтика), и человек об этом знает. Это, видимо, связано в познании с механизмами осознания смысла. Но также у человечества существуют проблемы, на которые нельзя дать окончательный ответ — это скажем, «счастье», «любовь» и т.д. Также нельзя дать окончательного ответа на вопрос — «смысл и назначение истории».

И существуют проблемы, скажем, цивилизаций, это мы говорим о факторах, которые находятся в тени, может они приходят к нам из онтологического уровня («пассионарность» Льва Гумилёва) или математика, по всей видимости, нам так и не удастся выяснить - откуда и как она к нам приходит.

У категории «наслаждение», мы утверждаем, есть онтологический уровень. Но нужно ли нам знать этот онтологический уровень? В понятии «информация» тоже есть онтологический уровень, но нужно ли его искать и знать? То же самое можно сказать и о других понятиях — «электричество», «энергия», «материя» и т.д.

Мы уже отмечали, что одним из первых поставил вопрос об онтологическом уровне Аристотель, поставив вопрос о первоначалах Бытия. М. Хайдеггер и Ж. П. Сартр пытались выйти на онтологический уровень. Но можно ли на этом уровне разработать специальные понятия, обозначающие суть явления? Это неизвестно.

И. Кант — первый кто заговорил о недостатках мышления. Он определил какую-то «вещь в себе», познать которую человек не может. В абстракции мы выделяем онтологический уровень, человек знает о нём. Но может ли он мыслить в этих пределах? Аристотель, поставив вопрос о первоначалах Бытия, не знал, что можно ответить на этот вопрос. В другое время немецкий философ Г. Гегель отметил, что природа не ставит познанию неразрешимых целей, природу вполне можно познать, но как? Мы выделили «недостатки» понятия, это недостатки онтологического порядка. Философы выделяют герменевтику — это такое направление исследования, когда человек знает о чём-то, но, в тоже время, не знает, что это такое. Это выражается в проблеме «герменевтического круга», к постановке этой проблемы подошёл Шлейермахер. Это можно выразить так: «понимать что-либо можно лишь тогда, когда то, что пытаешься понять, уже заранее понимаешь». Это говорит о том, что абстрактное понятие обладает смыслом, который направлен на будущее пространство явления. Это выявляется в ходе интерпретации текста. Мы онтологический уровень познания понимаем несколько иначе.

Мы исходим из изначального представления - мы знаем, что никогда не сможем понять, откуда этот мир появился и существует, и зачем. Вот эта неполнота знания и познания оставляет печать на всём процессе нашего познания. И возникает удивительный феномен, когда абстрактные мысли протянуты в будущее, но не могут всё объяснить. И возникают в познании необъяснимые лагуны, которые понятия «перепрыгивают» и обходят. То есть смыслы движутся, в этом движении возникают «пустоты», но они обходятся, и окончательный смысл не теряется, но ответа на него нет, круг замкнулся.

Именно математика позволила человеку проникнуть в микромир. Разные формы мышления обладают разной функцией в области познания. Возникает вопрос, почему математика адекватна реальности, а, скажем, философия — нет? Но философия имеет большее пространство. С помощью математики вычислили, что наша Вселенная возникла 11,5 миллиардов лет назад в результате мощнейшего взрыва. Но может ли вопрос о первоначалах считаться решённым? Нет, конечно.

Философы выделили две формы сознания — познание и онтология. Мы рассматриваем разные уровни познания. При размышлении оказывается, что можно выделить ещё один уровень сознания, который философы назвали онтологическим.

И здесь возникает множество вопросов — каково соотношение между этими уровнями сознания, и каковы особенности их взаимодействия? Онтология считается высшим уровнем сознания. Можно представить себе познание на онтологическом уровне. Что мы и делаем. Познание — это вообще расширение и углубление смыслов. Смысл заключается в осмыслении явления. Мы отметили и попытались понять гносеологические функции онтологии. Но существуют ещё моменты взаимодействия факторов и воздействия факторов неизвестных, скрытых. Так люди могут сказать, что неудачная война с Японией в 1904-1905 годах способствовала тому, что случилась первая русская революция. Как связаны эти два события и почему человек верит, что они связаны и приводят именно к этим результатам?

Но люди верят в эти неопределённые бездоказательные утверждения. Платон и Аристотель удивились бы такому отношению к понятиям у современных людей.

Нужно сказать ещё об одном свойстве нашего мышления - человек не может всё объяснить в каком-нибудь событии, явлении, а чтобы объяснить выдумывает какие-то неопределённые объяснения. Лев Гумилёв, чтобы объяснить какой-нибудь цивилизационный взрыв, говорит о вспышке какой-то неведомой энергии у людей. Другой исследователь К. Ясперс написал книгу «Смысл и назначение истории», где конкретно не говорит, что за смыслы? Человек во многом должен догадываться о значении его домыслов. Центральная категория у него «единство».

Возникает вопрос — в чём заключается «одухотворение» единства? Человек вынужден всему этому верить или не верить. Эти поиски смыслов не закончатся никогда, мы говорим о поисках на онтологическом уровне.»

Н.Б. Андрёнов